ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ ФЕДЕРАЛЬНОГО СОБРАНИЯ — ПАРЛАМЕНТА РФ
polosa
СОБЫТИЯ

24.08.2016
23.08.2016
Все события стрелка
polosa
КРЫМ

24.08.2016
23.08.2016
22.08.2016
Все статьи стрелка
polosa
СТАТЬИ

Все статьи стрелка
АКЦИИ ЖУРНАЛА


"Доброе сердце"
В СТАТЬЕ
    журнала № 11 - 2014 г.
|   Поделиться с друзьями:

Иван Ушачев, академик,директор Всероссийского НИИ экономики сельского хозяйства, член Президиума Российской академии наук

НЭП для агропрома

Интервью номера

Директор Всероссийского НИИ экономики сельского хозяйства, член Президиума Российской академии наук, академик Иван Ушачев — бесспорный авторитет в аграрной области. Он не только известный ученый, но и человек с опытом крупного организатора сельскохозяйственного производ ства… Обозреватель журнала «РФ сегодня» побеседовал с ним о проблемах развития АПК и путях их решения

РФС: Иван Григорьевич, по полкам на­ших магазинов, где продаются товары со всего мира, и отнюдь не задешево, как нам обещали при вступлении в ВТО, можно понять, что в сельском хо­зяйстве не все благополучно. Что сдер­живает развитие российского АПК?
И. Ушачев: Вы правы. Доля отече­ственной продукции на рынке про­довольствия сохраняется на уровне 66 процентов, снизившись на один процент к 2008 году. Конечно, она должна быть выше. В 2013 году объем импорта продовольствия и сельхозсырья составил 43,1 миллиарда дол­ларов. Россия стала больше завозить молочной продукции, растительных тропических масел, сахара-сырца и многих видов овощей. Сопоставьте хотя бы эти факты. Располагая 9 про­центами мировых сельхозугодий, мы производим менее 3 процентов миро­вой продукции. Больше всех экспор­тируем минудобрений и меньше всех (не считая стран Африки) их вносим. Лидируем в мире по экспорту газа и лишь наполовину обеспечили им сво­их сельских жителей.
Налицо огромный ресурсный по­тенциал и не соизмеримые с ним ре­зультаты его использования. Причи­ной тому макроэкономические усло­вия и проводимая аграрная политика.
 
РФС: Премьер-министр Дмитрий Мед­ведев в ходе недавнего отчета в Госду­ме сообщил, что в 2013 году аграрная отрасль добилась прироста производ­ства продукции 6 процентов?
И. Ушачев: Успехи есть. Однако при­рост лишь компенсировал падение производства сельхозпродукции в 2012 году. Самое опасное — ухудшение фи­нансового состояния АПК. Рентабель­ность сельхозорганизаций (9,3 процен­та) ниже целевого показателя и фак­тического результата за предыдущий год, а за вычетом субсидий финансо­вый результат при убыточности минус 1,7 процента оказался отрицательным. О каком расширенном воспроизвод­стве может идти речь?
Сельское хозяйство занимает почти 4 процента в стоимости ВВП, а име­ет лишь 2,4 процента инвестиций. Его доля в совокупном финансовом ре­зультате лишь 0,8. Физический объем инвестиций в основной капитал вме­сто запланированного госпрограммой роста на 4 пункта снизился на такую же величину.
 

1964-1976 – учеба в аспирантуре, работа в Одесском СХИ (от ассистента кафедры до ректора).

1983 - замдиректора ВНИИ экономики сельского хозяйства по науке. 1988-1994 - советник по вопросам АПК Посольства СССР (России) во Франции. 1994 - замминистра сельского хозяйства и продовольствия РФ.

С 1996 года – директор ВНИИЭСХ.
Член Президиума РАН, академик. Действительный член Французской академии сельскохозяйственных наук, иностранный член Украинской и Казахской академий аграрных наук. Награжден орденами «За заслуги перед Отечеством» IV степени, «Передовик труда Кубы».
РФС: Значит, дело в аграрной поли­тике?
И. Ушачев: Да. Она не способна ре­шить фундаментальные проблемы развития сельского хозяйства. Хотя в последнее время государство много занимается развитием аграрного сек­тора. Реализована Первая госпрограм­ма развития сельского хозяйства на 2008-2012 годы. Ее результаты в рас­тениеводстве в целом позитивны. В животноводстве прекратился резкий спад численности поголовья всех ви­дов скота. На обновленных мощностях дополнительно произведено около 700 тысяч тонн молока и более 1 миллиона тонн мяса. Хуже с племенным скотом, доля которого по-прежнему крайне низка. Медленно прирастает поголовье специализированных мясных пород.
Один из факторов, определяющих развитие сельхозпроизводства, — его техническая и технологическая осна­щенность. Отечественное сельхозма­шиностроение ежегодно уменьшает номенклатуру и количество выпуска­емых тракторов, при том, что большое количество эксплуатируемой техники выработало амортизационные сроки. Показатели Первой госпрограммы по обновлению сельхозтехники не вы­полнены.
 
РФС: Зато Вторая госпрограмма (на 2013-2020 годы) стартовала удачно.
И. Ушачев: Относительно. В 2013 году получен урожай 92,4 миллиона тонн зерна, на 7,1 процента выше, чем за предшествующие пять лет. Неплохая динамика в картофелеводстве. Про­изводство сахарной свеклы составило около 40 миллионов тонн. Это позво­ляет обеспечивать потребление сахара в основном за счет отечественных ре­сурсов. Пороговые значения Доктри­ны продовольственной безопасности России по основным продуктам рас­тениеводства уже достигнуты. Вырос валовой сбор семян подсолнечника, рапса, плодово-ягодных культур. А вот льноводство стагнирует. Но в частности не буду углубляться. В экономический механизм реализации госпрограммы введен ряд новаций, касающихся так называемой несвязанной поддержки доходов сельхозтоваропроизводителей в области растениеводства, стимулиро­вания производства молока высшего и первого сорта в расчете на 1 килограмм и поддержки выпуска сельхозтехники. Неплохо, но это погоды не делает.
 
РФС: К числу наших успехов, навер­ное, можно отнести превращение Рос­сии в экспортера зерна?
И. Ушачев: Как посмотреть. Мы вы­возим зерно, но одновременно до­пускаем серьезные просчеты в плане регулирования этого рынка. И это серьезно влияет на другие сегменты агропродовольственного рынка. За­купочные и товарные интервенции в силу своих объемов и механизма их проведения не решают проблему справедливого ценообразования. Есть проблемы и на внешнем рынке. Если бы мы перешли к глубокой перера­ботке зерна, то российские сельхозто­варопроизводители и переработчики вместо теряемых 1,5 тысячи рублей с каждой тонны при экспорте сырого зерна дополнительно зарабатывали бы в 10 раз больше. Пока же Россия обеспечивает дисконт зарубежным по­купателям в размере 40-50 долларов на тонну, фактически уменьшая до­ходность своего сельхозтоваропроиз­водителя.
Поймите, как бы хороши ни бы­ли программные документы, они не решат нынешних проблем отрасли, среди которых одной из основных является диспаритет цен на реализу­емую сельхозпродукцию и издержек на ее производство. С 2001 года про­мышленная продукция, приобретае­мая сельхозтоваропроизводителями, подорожала в 6,6 раза, а продаваемая ими — в 5,1. Вдобавок к этому на ухуд­шение экономического положения влияет давление импорта. Поэтому сельское хозяйство работает в режиме простого воспроизводства. Ускорилось развитие лишь отдельных отраслей, получавших большую господдержку в плане субсидированного инвестицион­ного кредитования.
 
РФС: Как привести в соответствие промышленные и сельскохозяйствен­ные цены?
И. Ушачев: Для начала заморозить на долгосрочную перспективу цены и та­рифы естественных госмонополий, на сельхозтехнику, удобрения и средства защиты растений и животных.
Другая макроэкономическая про­блема — несовершенство кредитно-финансовых отношений (ценообразо­вание, налогообложение, страхование, кредитование). Они просто загоняют селян в долговую яму. Нет предска­зуемости цен хотя бы в краткосроч­ной перспективе. Теперь кредиты. Задолженность сельхозорганизаций достигла астрономических высот, бо­лее 2 триллионов рублей или свыше 1,3 миллиона рублей на каждого ра­ботника. Выплатить ее в обозримом будущем село не сможет. Поэтому мы предлагаем рассмотреть возможность проведения реструктуризации их дол­говых обязательств с частичным спи­санием просроченной задолженности по займам и кредитам.
Что касается совершенствования механизма кредитования. Считаю, что Россельхозбанк должен работать не как обычный коммерческий банк (пусть и со 100-процентным госкапи­талом), а как институт развития АПК, предоставляющий инвесткредиты по специальным низким процентным ставкам.
Без эффективной инвестиционной деятельности модернизация произ­водства невозможна. Селяне в про­шлом году приобрели тракторов на 24 процента меньше, чем годом ра­нее, зерноуборочных комбайнов — на 12, кормоуборочных — на 40. Общий парк тракторов насчитывает около 500 тысяч единиц. Чтобы нормально обновлять, нужно ежегодно 40 тысяч, поступает вдвое меньше. Что делать? Принять ФЦП «Развитие отечествен­ного сельскохозяйственного машиностроения». Наконец, важно развивать сельхозкооперацию.
 
РФС: В одинаковых условиях од­ни успешно хозяйствуют, например, аграрный комплекс Белгородской об­ласти, а другие прозябают.
И. Ушачев: Белгородщина впереди по темпам роста, по освоению инноваци­онных технологий и эффективности использования ресурсов. Тем не менее, рентабельность сельхозорганизаций — нулевая, а с учетом субсидий — лишь 9 процентов. Примерно то же в Татар­стане, где убыточность без субсидий достигает почти 12 процентов, а рен­табельность с субсидиями не дотянула до 7. Вот лишнее доказательство не­дееспособности действующего эконо­мического механизма, который даже в условиях высокой инновационной активности обречен на низкую эффек­тивность. Отсюда закредитованность и другие проблемы.
Только для поддержания уровня производства на 2014-2015 годы нуж­но выделить не менее 40 миллиардов рублей к заложенным в госпрограмме на текущий год 170 миллиардам. Ес­ли хотим развивать агропром, то еще больше. Скажем, чтобы получить 3-4 процента роста — не менее 300 мил­лиардов. Недостаточность и неполно­та экономических механизмов могут поставить под угрозу выполнение ны­нешней Госпрограммы.
 
РФС: Она позволит сделать прорыв в развитии АПК?
И. Ушачев: Основная ее цель — обе­спечение продовольственной незави­симости и повышение конкурентоспо­собности российской сельхозпродук­ции. Объем за семилетку предусма­тривается увеличить на 20 процентов к 2012 году. Рубеж впечатляющий, но без перехода на инновационную мо­дель вряд ли достижимый. Базу, на которой она может быть реализована, призваны сформировать отраслевая наука и ее научно-исследовательские учреждения. Но без более гибкого ор­ганизационно-экономического меха­низма воплотить в практику научные разработки и модернизировать отече­ственный АПК невозможно.
 
РФС: Хорошо, за счет чего планирует­ся получить прибавку?
И. Ушачев: В растениеводстве — за счет улучшения использования земель сельхозназначения, развития элитного семеноводства, увеличения площадей используемых мелиоративных земель. Приоритетом в пищепроме и перера­ботке является импортозамещение. Предстоит модернизировать цепочку «производство—переработка—реали­зация». В розничной цене 1 килограм­ма муки на сферу обращения падает около половины, а доля сельхозпроиз­водителя — менее четверти. Чрезвы­чайно актуально применение совре­менных технологий для увеличения глубины переработки сырья. Они соз­даны в НИУ Россельхозакадемии, но предприятия с устаревшей техникой не в состоянии их освоить. Россий­скими машинами и оборудованием отрасль обеспечена лишь на 35 про­центов, при этом только 1/5 техники отвечает мировым стандартам. Нужна подпрограмма создания оборудования для пищевой и перерабатывающей промышленности в рамках предлага­емой нами ФЦП по развитию отече­ственного сельхозмашиностроения.
 
РФС: Работники отрасли пеняют вла­сти на низкий уровень господдержки сельского хозяйства.
И. Ушачев: И они правы. Для равной конкуренции в ВТО нужна равная гос­поддержка.
Третья, по счету, а не по значе­нию, системная проблема — социаль­ное развитие села. Тут совсем плохо. Именно в селе локализуется россий­ская бедность. В рейтинге оплаты труда сельская и текстильная отрасли на последних местах. Зарплата селян чуть больше половины среднероссий­ской (53 процента), хотя их занятость в течение года на 6-7 процентов вы­ше, чем по экономике в целом. Двое из пяти работников зарабатывают ниже прожиточного минимума трудоспо­собного населения. Почти треть жите­лей села (среди молодежи — половина) намерены уехать в город. Чему посо­действовала и «оптимизация расходов» в сторону их уменьшения за предыду­щие пять лет почти на 70 миллиардов рублей.
 
РФС: А ФЦП по устойчивому разви­тию сельских территорий не поправит положение?
И. Ушачев: Сомневаюсь. Программа не носит даже восстановительного характера и не обещает выхода на предреформенные рубежи. Это зада­ча долгосрочного характера. Ее сле­дует включить в число приоритетов социально-экономического развития России и закрепить принятием зако­на «Об устойчивом развитии сельских территорий».
Да и в целом поддержка сельско­го развития на федеральном уровне крайне недостаточна. По многим по­зициям она будет ниже уровня 30-лет­ней давности. Значит, в решении этих проблем должна многократно возра­сти роль регионов. Нужно содейство­вать фермерскому движению, у него особая роль в развитии малого пред­принимательства. Но как возрастет роль регионов, если во многих из них селяне составляют от 30 до 40 и более процентов населения?
 
РФС: Получается «помоги себе сам»...
И. Ушачев: Само село в силу нынеш­него экономического состояния не способно этого сделать. У него столь­ко болячек, что без посторонней по­мощи не обойтись.
Недавно прошло знаковое заседа­ние Госсовета по проблемам устойчи­вого развития сельских территорий. Принято очень важное решение — раз­работать долгосрочную Стратегию устойчивого развития сельских терри­торий, включающую в том числе улуч­шение демографической ситуации.
Задача состоит в формировании но­вого подхода к социальной политике, имея в виду, что сельское хозяйство и сельские территории многофункци­ональны по своей природе. Они вы­полняют не только производственную функцию по обеспечению проднезависимости страны, но сохраняют за­селенность территорий, исторические ландшафты и традиционный образ жизни. Это — генофонд страны.
Таким образом, динамичное раз­витие АПК требует взаимосвязи со­циально-экономической и аграрной политики как ее важнейшей состав­ляющей. Первая создает условия для развития аграрной сферы, а вторая, в свою очередь, обеспечивает достиже­ние важнейших макроэкономических показателей развития страны.
Еще одна важная проблема — ситу­ация в сфере земельных отношений. Впору за голову схватиться: идет де­градация сельхозземель, латифунди­зация (их концентрация в собственно­сти крупных корпоративных структур уже распространилась на 1 миллион с лишним гектаров!). Во всем мире ла­тифундии считаются экономическим и социальным злом, а у нас с ним почему-то не борются.
Наконец, падает эффективность госконтроля за использованием и охраной земель. За годы реформ по­теряно 40 миллионов гектаров по­севных площадей. Как приостановить процесс? Ученые-аграрники в Откры­том письме Президенту РФ высказа­ли свои предложения по переходу к принципиально новой, эффективной земельной политике.
В ее основе, первое, современная аграрная экономическая теория и раз­работка принципов развития сельско­го хозяйства с учетом его многофунк­циональности и мультипликативности. Второе — нужна новая социальная па­радигма устойчивого развития сель­ских территорий. Третье — проведение комплексных исследований проблем трансформации земельных отношений и управления земельными ресурсами.
 
РФС: Если резюмировать, то АПК нуждается в новой экономической модели функционирования.
И. Ушачев: Да, главная задача сегод­ня — это разработка новой актуализи­рованной аграрной политики. Ученые готовы внести свой вклад в решение проблем обеспечения продовольствен­ной безопасности страны, повышения доходности сельского хозяйства и кон­курентоспособности отечественной продукции на внешнем и внутреннем рынках.
 
РФС: Поскольку РАСХН влилась в Российскую академию наук, не утратят ли исследования ученых-аграрников прикладное содержание, пожертвовав им в пользу более абстрактных материй?
И. Ушачев: Вот уж таких рисков совершенно не существует. Я абсолютно уверен, что уровень исследований с точки зрения их практического применения сохранится. При этом будет особое внимание обращено на повышение теоретико-методологической планки их проведения. Наука не подведет.
 
Беседовала Людмила Глазкова
Фото Юрий Паршинцев
Добавить комментарий по данной статье.
Ваш комментарий


( 10 + 4 ) =
Комментарии к статье
07.04.2015  14:41 Виталий Лазовский
любопытно сравнить эти очень осторожные высказывания Ивана Григорьевича( а он всегда был осторожен, иначе бы не просидел столько лет в кресле замминистра) с докладом нынешнего министра Президенту. Там(у Ушачева) куда не кинь- всюду клин, здесь все хорошо (хотя балуют продавцы топлива, но поправим). Надо бы и вам И.Г. и вам Н.В. и стране и Президенту честно сказать- в селе беда и трагедия! И никакие бумажки, которые вы плодите ввиде программ, ему не помогут. Нужна НЭП жесткая и бескомпромиссная. Я на эту тему высказывался уже, поскольку имею моральное право, располагая теорией устойчивого развития сельских территории, опубликованной еще в 2009 г.  (mailto:lav35@rambler.ru)