«Интеграция — процесс объективный и добровольный»

О роли международной финансовой организации в развитии интеграционных процессов на постсоветском пространстве рассказывает председатель Правления Евразийского банка развития Игорь Финогенов.

— Уважаемый Игорь Валентинович, миссия Евразийского банка развития определена как содействие развитию рыночной экономики государств — его участников, их экономическому росту и расширению торгово-экономических связей между ними путем осуществления инвестиционной деятельности. Это прекрасная, но весьма абстрактная формулировка. Расскажите, какие опыт, практика и результаты шестилетней работы вашего банка скрываются за ней.

— Эта формулировка, тем не менее, предельно точно отражает то, чем мы занимаемся. И, безусловно, иллюстрацией поступательных действий банка по выполнению своей миссии являются результаты его работы.

С 2006 года, когда банк приступил работе, мы приняли участие в реализации уже семи десятков проектов в пяти странах региона — России, Казахстане, Беларуси, Таджикистане и Армении. С вхождением в состав банка шестого члена — Киргизии — началась активная работа по изучению и подготовке инвестиционных проектов в этой стране.

Наш накопленный инвестиционный портфель приблизился к 4,5 млрд. долларов США. Проектные инвестиции — главная ипостась банка. Причем проекты, в которых мы участвуем, должны соответствовать ряду критериев: они должны быть модернизационными, инновационными для экономик наших государств-участников, обладать интеграционным эффектом. Приведу несколько примеров.

Мы приняли участие в двух проектах на Экибастузской ГРЭС-2 в Казахстане — по улучшению ее технического состояния и строительству нового энергоблока. Оба имеют выраженную модернизационную составляющую. Строительство этого флагмана энергетики началось еще при Советском Союзе, но из восьми спроектированных блоков были сданы только два, после чего строительство было приостановлено. Своими инвестициями, а это почти 480 млн. долларов, банк придал импульс работам по дальнейшему строительству станции, благодаря чему она сохраняет свою лидирующую роль в энергетике Казахстана, давая в экономику страны каждый десятый киловатт электроэнергии. Вводимые мощности позволят передавать часть электричества потребителям Южного Урала, как это было в прежние времена.

Экибастузская ГРЭС-2 — реальный пример формирования и развития единых рынков на постсоветском пространстве, в данном случае — энергетического. Интеграционный характер проекта состоит и в том, что станция является совместным российско-казахстанским предприятием.

В нашем регионе, страны которого сильно разнятся по уровню экономического развития, обоснованно говорить именно об инновационном характере проектов применительно к экономикам, в которых они реализуются. Скажем, банк проинвестировал строительство современной прядильной фабрики в Таджикистане. Кажется, ничего сверхъестественного. Но понять значение этого проекта позволяет такой факт: наш проект стал крупнейшей инвестицией в реальный сектор экономики Таджикистана за многие последние годы. Страна, испокон веков вывозившая хлопок-сырец, перешла к экспорту продукции высокого передела.

Или возьмем проект по освоению крупнейшего в Центральной Азии месторождения олова и строительству горно-металлургического комплекса — благодаря инвестициям ЕАБР в Казахстане на наших глазах создается новая подотрасль цветной металлургии. То же самое относится к созданию совместно с российским капиталом электровозостроительного завода в Казахстане, где до этого вообще не существовало такого производства. Аналогичным образом обстояло дело с разработкой в Казахстане хромового месторождения «Восход», принесшей в страну инновационные горные технологии.

Что до содействия интеграции, то все эти проекты, так или иначе, способствуют развитию взаимной торговли. В частности, потребителями и олова, и пряжи, и хрома, и электровозов становятся в первую очередь российские компании.

В целом наши проекты генерируют торговые потоки между государствами-участниками банка более чем на один миллиард долларов в год, аналогичного уровня достиг и обеспеченный этими проектами рост взаимных инвестиций.

— Согласно своей миссии, банк должен содействовать развитию рыночной экономики государств-участников…

— Именно так. Международные банки развития (МБР), и наш, в том числе, не должны быть конкурентами частному бизнесу. Напротив, их назначение — создавать благоприятную среду, которая стимулировала бы частные инвестиции и придавала импульс частной инициативе. И этот процесс имеет немало проявлений.

Например, мы реализовали не очень крупный, но весьма примечательный проект в Казахстане: на нефтяном месторождении «Кенлык» была создана промышленная установка по утилизации попутного газа. Его сжигание — это глобальная экологическая проблема. Ежегодно в мире сжигается около 100 млрд. куб. м попутного газа. Задача по его утилизации стоит и перед нефтяными компаниями стран региона, в первую очередь России и Казахстана. Помимо того, что его сжигание наносит ущерб природе, с экономической точки зрения это факт нерачительного использования природных ресурсов и упущенной выгоды, поскольку углеводородное сырье в буквальном смысле выбрасывается на ветер.

Этот проект стал пилотным в отрасли и доказал нефтяникам, что улавливание и переработка попутного газа могут быть экономически выгодными: они оптимизируют затраты на добычу нефти, повышают рентабельность углеводородных месторождений. Не говоря уже о том, что это экологически чистые технологии.

Другой аспект заключается в том, что МБР должны создавать «питательный бульон» для роста бизнеса, который становится катализатором развития рыночной экономики. Задача МБР — «насытить» экономическое пространство инфраструктурой, без которой невозможно ускорить экономическое развитие. Именно поэтому более половины всех инвестиций банка приходится на инфраструктуру, в первую очередь — на энергетику и транспорт, которые дают импульс развитию всех остальных отраслей народного хозяйства.

Проекты ЕАБР обладают значительным социально-экономическим и мультипликативным эффектами, которые выражаются в генерировании более 3 млрд долларов в год в виде валового выпуска продукции в отраслях экономик государств-участников банка, а также в стимулировании дополнительного выпуска продукции в смежных отраслях экономики на сумму более 3,7 млрд долларов.

Среди проектов, в которые банк вступил за последние полтора года, — строительство Осиповичского вагоностроительного завода и Полоцкой ГЭС в Беларуси, нового энергоблока на Абаканской ТЭЦ, участка автомагистрали «Западный скоростной диаметр» в Санкт-Петербурге, железнодорожной ветки к Эльгинскому угольному месторождению в Якутии, вагоноремонтного комплекса и новых передающих мощностей на межрегиональной ЛЭП «Северный Казахстан— Актюбинская область» в Казахстане.

Особенностью нашего банка является и то, что он предоставляет кредиты на срок до 15 лет, а это позволяет реализовывать долгосрочные инвестиционные программы, в частности, связанные с техническим перевооружением предприятий базовых отраслей.

И еще один момент: когда речь идет об особо крупных проектах, мы всегда стараемся участвовать в них совместно с другими банками, в том числе коммерческими. Ведь наша функция — не только кредитование, но и мобилизация в экономику и в отдельные проекты средств из разных источников.

Одновременно мы реализуем программы для финансового сектора наших участников, в рамках которых открываем кредитные линии местным банкам: они самостоятельно кредитуют субзаемщиков, а ЕАБР лишь контролирует целевое расходование средств. Речь в данном контексте идет о содействии развитию трансграничной торговли, кредитовании малого и среднего бизнеса, реализации программ энергосбережения на местном уровне, а в случае с некоторыми странами Центральной Азии — микрокредитовании. Поскольку размер проектов, принимаемых нами к рассмотрению, обычно начинается от 30 млн. долларов, мы напрямую просто не можем «дотянуться» до этих локальных сфер.

— То, что вы рассказали, впечатляет, но невольно складывается ощущение, что банк выступает в роли некоего инвестиционного филантропа.

— Зная банковский рынок в государствах — участниках ЕАБР, могу сказать, что ни один коммерческий банк не предоставляет таких кредитов, как мы, — ни по ставкам, ни по срокам. Но это не означает, что мы занимаемся благотворительностью. Все проекты, в которых мы участвуем, — экономически обоснованы и окупаются за счет генерируемой ими прибыли. Участие в них позволяет нам получать доходы, достаточные, чтобы покрывать расходы на операционную деятельность. Не было случая, чтобы мы просили дополнительные средства из бюджетов стран — участниц банка.

Мы стараемся максимально оптимизировать наши расходы. Это проявляется, к примеру, в численности персонала. Мало где найдется банк, в котором при текущем инвестиционном портфеле более чем в 3 млрд. долларов, работают 280 сотрудников.

Но раз уж вы заговорили о филантропии, то не могу не сказать еще об одном аспекте нашей работы. Любой свой проект мы рассматриваем с точки зрения его социальной значимости: сколько он создает новых рабочих мест, каковы налоговые поступления в бюджеты при строительстве предприятия и его дальнейшей эксплуатации, как будет развиваться социальная инфраструктура.

Мы гордимся, когда благодаря нашим инвестициям, да еще в разгар экономического кризиса, на депрессивных территориях, в Богом забытой глубинке, там, где с советских времен не было ничего, кроме развала и деградации, вырастают новые промышленные гиганты. У людей появляется работа, возникает новая жизненная перспектива, улучшается качество жизни… Одним из таких предприятий, например, является Тихвинский вагоностроительный завод в Ленинградской области, запущенный в начале этого года, в который банк инвестировал треть миллиарда долларов.

— На какие сферы, помимо инвестиционной, распространяется деятельность банка?

— Одна из наших задач состоит в информационно-аналитическом сопровождении интеграционных процессов на евразийском пространстве. За годы работы банк уверенно вошел в число крупных и авторитетных аналитических центров региона.

Раз мы работаем на рынках наших государств-участников, то обязаны в деталях разбираться в экономиках региона, уметь прогнозировать развитие макроэкономической ситуации, выявлять потенциал сотрудничества между государствами и перспективные направления экономической интеграции.

Углубление интеграционных процессов послужило стимулом для усиления деятельности банка в этом направлении. В 2011 году мы открыли Центр интеграционных исследований, на который возложены задачи по подготовке докладов и рекомендаций по проблемам региональной экономической интеграции для правительств государств — участников банка.

Кроме того, через созданный в банке Фонд технического содействия мы оказываем финансовую поддержку проведению прединвестиционных и инновационных исследований на межгосударственном, страновом и отраслевом уровнях. Все они направлены на углубление интеграционных процессов на евразийском пространстве, укрепление рыночной инфраструктуры и обеспечение устойчивого экономического роста государств — участников банка.

И, наконец, ЕАБР наделен функциями управляющего средствами Антикризисного фонда ЕврАзЭС (АКФ) в размере 8,513 млрд. долларов, учрежденного в 2009 году правительствами шести стран, которые являются участниками нашего банка. Фонд призван содействовать странам-участницам в преодолении последствий глобального финансового кризиса, в обеспечении их экономической и финансовой стабильностью и поддержке интеграционных процессов в регионе…

Если резюмировать, то вся наша работа «заточена» на содействие экономической интеграции на постсоветском пространстве. ЕАБР — интеграционный инструмент, элемент новой интеграционной архитектуры в регионе.

Убежден, что интеграция — процесс объективный и добровольный. Все достижения на этом пути, все шаги стран в этом направлении продиктованы их собственными национальными интересами. И наша задача — всеми доступными нам способами и средствами облегчать это движение, устранять барьеры, обозначать оптимальные маршруты, создавать благоприятные условия для сближения наших стран.

Беседовала Ирина ЛАСТОВСКАЯ

Основное меню

Рубрикатор

Архив журнала