Плюсы и минусы Большой Москвы

Как поэт в России больше, чем поэт, так и столица больше, чем просто город. С 1 июля 2012 года Москва приобрела новые территории и увеличилась в размерах в два с лишним раза. Что будет дальше? В Независимом институте социальной политики (НИСП) подготовлен доклад «Москва: экономические преимущества и проблемы», в котором анализируются плюсы, минусы и перспективы амбициозного проекта.

У Москвы есть два бесспорных ресурса развития. Первый — объективные конкурентные преимущества, вытекающие из агломерационного эффекта и высокого качества населения. Комплексность размещения всегда даёт экономическую выгоду. Ну и высшее образование каждого второго москвича в возрасте выше 15 лет (в Подмосковье таких 37 процентов) тоже значит очень многое. Второй ресурс — рента столичного статуса, выражающаяся в сверхцентрализации управления государством и бизнесом.

Насколько сконцентрированы экономические ресурсы в Москве, видно из следующих данных. Доля её жителей составляет 8 процентов от населения страны, а вклад в национальный ВВП — 24 процента (для сравнения: Санкт-Петербурга — 4), в доходы бюджета — 20. На столицу вместе с Московской областью до кризиса приходилось 43 процента объёма внешней торговли, 11 — инвестиций, 17 процентов от общероссийского показателя ввода жилья.

Такая сверхконцентрация ресурсов создаёт представление, будто Москва и Россия — две разные страны. Впечатление усилится, если учесть, что 1/10 всей добывающей промышленности РФ зарегистрирована в «златоглавой» при всяком отсутствии в ней залежей каких-либо ископаемых. Москва — это всё ещё государство в государстве, хотя ситуация постепенно меняется, считает автор исследования, известный учёный-регионалист Наталья Зубаревич.

Суть изменения — в снижении привлекательности столицы для инвесторов. Чтобы решить проблемы города, мало присоединить к нему дополнительные территории, нужно ещё и правильно использовать новые земли.

Кризис, на который наложились такие факторы, как недостаток земли, дорогая рабочая сила, сложности открытия бизнеса, привели к торможению развития промышленности в мегаполисах (Москва и Питер) и её росту в Московской и Ленинградской областях. Инвестиционная привлекательность столицы по сравнению с другими субъектами понизилась с 2009 года с 36 процентов до 22 от общего объёма прямых иностранных инвестиций. А вот Подмосковье, Ленинградская, Калужская и Нижегородская области здесь сильно прибавили, рост ПИИ в Сахалинском же регионе просто подскочил с 7 до 12 процентов.

Финансово-экономические катаклизмы последних лет выдавливают промышленность из Москвы. В 2008 году она получала 11 процентов инвестиций от общего объёма, тогда как в 2011-м — 8. В Татарстане же, Ханты-Мансийском АО, Краснодарском, Красноярском и Приморском краях инвестиции в этот период росли. В результате спад инвестиций в России составил в среднем 4 процента, а в Москве — 31. До 2008 года главным инвестором столицы был её бюджет. Теперь его доля не превышает 26 вместо прежних 43 процентов. Можно ли рассчитывать на дополнительные инвестиции из федерального бюджета? Это вопрос. В прошлом году Москва из него получила 10 процентов, тогда как Краснодарский край — 11, Приморский край — 8, Дагестан и Татарстан — 5.

Надежда на инвестиционные инструменты слаба. Частно-государственное партнёрство в России развивается медленно и не может предъявить много успешных проектов. Претендовать на инвестиции нефтегазовых накоплений мешает конкуренция других федеральных проектов и необходимость инвестировать в промышленность. Накопления государства из Фонда национального благосостояния и Резервного фонда идут на финансирование Пенсионного фонда и резерв для смягчения возможного удара нового кризиса. Девелоперам из-за высоких российских ставок банковского кредита и ухудшения условий займа на мировом финансовом рынке развернуться стало сложнее.

Структура доходов бюджета Москвы, концентрирующего финансовые ресурсы всей страны, несколько изменилась. В 2007 году налог на прибыль в ней составлял 55 процентов, в 2011- м — 43. Рента в кризисный период нестабильна, федеральные трансферты растут. Поэтому налицо тенденция замещения в расходах инвестиционных приоритетов социальными.

Расходы на образование, здравоохранение, социальную политику выросли, напротив, на ЖКХ и экономику — снизились. В 2010 годах произошло резкое сокращение численности трудоспособных. Москва в нашей стране среди лидеров по старению населения. Доля её населения старше трудоспособного возраста приближается к четверти (23,7 процента). Впереди только Санкт-Петербург, Волгоград, Ростовна-Дону.

И ещё: на Москву и область приходится 50—60 процентов всего чистого притока мигрантов в Россию. Он, надо отметить, будет снижать в столичном регионе высокий уровень человеческого капитала. Ещё один негативный фактор — самое большое в России неравенство по доходам. Столица держит рекорд по максимальной абсолютной численности бедных. Их здесь 1,151 миллиона человек. К тому же уровень бедности в Москве снижается более медленно, чем, скажем, в Санкт-Петербурге и Подмосковье.

Власть в поисках ответа на решение проблем столицы остановилась на проекте её расширения. Перечислим плюсы «Большой Москвы». Первое, минимум нового населения на присоединяемых землях — 265 тысяч человек. Там нет ни одного крупного города, только сельскохозяйственные и дачные земли, а также лесозащитный пояс. Предполагается, что большая площадь с малым числом жителей облегчит перенаселённость мегаполиса. Для области это небольшая экономическая потеря, так как сельское хозяйство и дачники много денег не приносят. Жителям присоединённых территорий их новый столичный статус принесёт социальные доплаты для пенсионеров и уменьшение платы за ЖКХ (Москва до сих пор дотирует треть, а в Подмосковье стоимость услуг оплачивается полностью).

Второе, появляются свободные площади для стройкомплекса. Это огромные структуры, очень много рабочих мест и немалый доход в бюджет города. Третье, оптимизируется транспортная инфраструктура. Четвёртое, возникает резерв для развития. Проект должен открыть новые перспективы для гуманизации образа жизни. Это возможность переселения пожилых людей в более комфортную среду, создание современной инфраструктуры «умной экономики» (студенческие кампусы в ближних пригородах, технополисы), реальная субурбанизация (малоэтажная застройка), экологизация проектных решений и т.д.

В докладе говорится, что принятые решения с точки зрения ближайшей перспективы предельно рациональны, а в долгосрочной несут в себе значительные риски. Во-первых, усиливаются центро-периферийные различия. Во-вторых, как показал опыт Владивостока и Сочи, в регион увеличится приток трудовых мигрантов. Это создаёт предпосылки для того, чтобы «пылесос» по имени Москва заработал ещё интенсивнее, высасывая ресурсы из остальной России. В-третьих, принятие решений о землеотводах в пользу московского строительного комплекса может обернуться не только созданием новых рабочих мест, но и соблазном застроить Подмосковье на полную катушку. В-четвёртых, так или иначе, на развитие региона будет влиять институциональный барьер между Москвой и Московской областью (вот пример: ожидаемая продолжительность жизни в Москве — 74 года, а в Подмосковье — всего 68 лет). Ещё один риск — экологический, то есть угроза уменьшения объёма «лёгких» столицы и уничтожение лесозащитного пояса из-за усиления его эксплуатации.

Минимизация рисков и затрат, а также максимизация социальных эффектов зависят от оптимальности принятых решений. По мнению Натальи Зубаревич, само по себе выселение чиновничьих структур из Москвы не решит кардинальную проблему столицы, суть которой — суперсверхцентрализация функций управления. Сохранение тотального контроля федерального центра лишь консервирует её. Впрочем, многие составляющие проекта «Большой Москвы» ещё неизвестны. Что получится, пока не ясно. В общем, поживём — увидим.

Людмила ГЛАЗКОВА

Основное меню

Рубрикатор

Архив журнала