Война 1812 года: уроки Малоярославца

Наступивший год — год 200-летия Отечественной войны 1812 года. Однако многие ли задумывались: почему, бесспорно, героический День Бородина в нашей официальной истории с царских времён и до сего дня практически оставляет в тени и безвестности битву за Малоярославец, с титаническим напряжением длившуюся с 12 сентября по 14 октября 1812 года (а не один день)? Именно после этого сражения Наполеон, в восьмой (!) раз взяв город, вынужден был принять катастрофическое решение двигаться по старой Смоленской дороге. Не странно ли, почему вне внимания общественности до сих пор остаются причины, по которым Россия ввязалась в абсолютно не нужную ей войну, проливающие свет на её ход?...

А. Аверьянов. Битва за Малоярославец

Одна из причин, на мой взгляд, в том, что «Москва, спаленная пожаром, французу отдана» была армией, во главе которой до самого Бородинского сражения стояли исключительно иностранцы. Да и как могло быть иначе у «русских» царей от «немецких» принцесс, опиравшихся на «элиту», даже общавшуюся на французском? Войдите в положение Кутузова, перед Бородинской битвой вынужденного отвечать за ошибки и прямое предательство ряда предшественников. Сил и жизни хватило у дважды тяжело раненного воина только на время, чтобы изгнать новую Орду с родной земли.

Так, рядом с Александром I стоял Леонтий Беннигсен, один из главных организаторов дворцового переворота в 1801-м, в результате которого Павел I был убит, — под руководством английского посланника лорда Уинтворта, повернувшего внешнюю политику России в пользу антлантистов, Англии. Любовницей Уинтворта была Ольга Александровна Жеребцова, сестра Зубова, который был в числе убийц Павла. Ещё более непосредственной (и не только через князя Юсупова) была роль английской разведки в убийстве германофила Григория Распутина перед февралем 1917 года ради продолжения войны утопающей в хаосе России…

Сам Беннигсен происходил из старинного ганноверского баронского рода. В 1802 году его произвели в генералы от кавалерии. В 1807 году, командуя армией в войне с Францией, Беннигсен был разбит под Фридландом. В Отечественную войну в августе—ноябре 1812 года он, тем не менее, исполнял обязанности начальника главного штаба армии. Показателем его влияния на Александра может служить то, как Беннигсен ловко продал августейшему гостю в день начала войны своё поместье «3акрете» под Вильно за двенадцать тысяч рублей золотом, которое вскоре было захвачено и разграблено войсками Наполеона.

Во главе русских войск — Барклай де Толли, шотландец, родом из Англии. Во время войны со Швецией генерал-лейтенант Д.В. Голицин, разведавший замёрзший пролив Кваркен и предложивший провести русские войска к шведским берегам, был без оснований отстранён, а эта явно выигрышная операция царём была поручена Барклаю. Тогда ряд русских генералов в знак протеста за это неправедное возвышение демонстративно вышли в отставку. Во время вторжения Наполеона в числе прочих общее негодование вызвало и решение Барклая, из-за которого после боя под Чарновом войска лишились всего обоза, захваченного французами по причине скорого отхода (бегства!) арьергарда Барклая от Сохочина.

Начальником штаба русской армии в 1812 году стал Карл Фридрихович Толь. Согласно российскому дворянскому «Гербовнику», его семья ведёт начало из Голландии. Какие, однако, странные эти «немцы» из Голландии и Ганновера, где во власти пребывала так называемая «чёрная венецианская аристократия» и финансовые распорядители-факторы при дворах немецких удельных князей… Ещё в 1810 году Толь был призван на штабную работу, а в апреле 1812 года им был предложен общий стратегический план кампании против Наполеона, созданного под влиянием идей швейцарца Жомини. Этот план, впрочем, не сразу лёг в основу русской стратегии.

На начальном этапе Отечественной войны царь находился в плену концепции другого «гения» из числа иностранных военных советников, прусского полковника К. Пфуля сразу в обход всех учеников А.В. Суворова, получившего от Александра звание генерал-лейтенанта. «Гений стратегии» Пфуль весьма способствовал злополучному началу военной кампании. По его плану, 1-я русская армия под командованием Барклая-де-Толли должна была занять позиции в укреплённом лагере Дрисса в излучине Западной Двины, тогда как 2-я армия Багратиона должна была атаковать французов во фланг. Пфуль за Наполеона решил, что тот должен был погнаться за 1-й армией вместо того, чтобы сначала всеми силами обрушиться на 2-ю армию и разгромить её. Хуже того, Дрисский лагерь был расположен так, что русская армия в нём легко могла быть обойдена с флангов и отрезана.

Все эти эпигоны были как минимум оторваны от российской реальности. А выиграли войну 1812 года с Наполеоном капитаны, полковники, генералы — воспитанники Суворова и русская армия.

Зато будущий классик военной стратегии прусак Карл Клаузевиц учился именно на опыте Суворова. Клаузевиц, впоследствии в своих анализах войны, от души посмеявшийся над «стратегом» Пфулем, занимал в то время должность начальника штаба кавалерийского корпуса другого «немца» генерала-от-кавалерии графа П.А. Палена. Кстати, также активного организатора переворота и убийства Павла I.

Многое становится на место, если ещё и вспомнить, почему Александр оказался в противостоянии с Наполеоном. Нужна ли была России вообще эта война!? Предтечей вторжения 1812-го был 1805 год, когда Россия вошла в состав абсолютно не отвечающей её интересам антифранцузской коалиции. На это повлияла позиция Александра в угоду Англии и ответ Наполеона Александру I по поводу расстрела герцога Энгиенского, спровоцированного англичанами, мастерами постановки политических спектаклей. Нота, составленная по приказу первого консула, содержала откровенный намёк на поддержку организаторов и участие сына (Александра) в убийстве отца (Павла I).

В результате в июле 1805 года Австрия и Россия заключают военную конвенцию о совместных действиях против Франции. Десантный корпус графа П.А. Толстого направляется для действий в Ганновере, захваченном войсками Наполеона. В чём тут дело?

Ганновер собственность ганноверской династии, ставшей Винзорской и сто лет не умевшей говорить на английском языке. Карабкаясь во власть по технологии, аналогичной той, с помощью которой флорентийские ростовщики, «подарив» Екатерину Медичи в жёны второму сыну Франциска I, короля Франции, после ряда отработанных технологий сменили династию Валуа на династию Бурбонов. Попутно, чтобы удержаться на противостоянии туземцев друг другу, организовав Варфоломеевскую ночь и разруху на столетие. В конце ноября к русскому десанту, освободившему Ганновер, уже безбедно присоединились английские войска. В ожидании прибытия шведского корпуса союзники разрабатывают план дальнейшего движения в Голландию, для прикрытия «чужой кровью» всё той же Англии. Поражение под Аустерлицем прекратило эти приготовления.

Острое напряжение в рядах русского военного руководства возникло из-за явной опоры Александра на иностранцев и политики в пользу международного ростовщичества прежде всего Англии.

Из-за «элиты» общества, восхищавшейся «демократической» риторикой Наполеона, усвоенной ею ещё в масонских кружках при Павле I, «внутренних иностранцев», «по-смердяковски» надеявшихся, что под французами смогут обрести новые возможности. Ведь предательство на первом этапе бывает очень выгодно. Ищи — свищи потом по всему свету эту «офшорную аристократию» с её подловатым принципом — «украсть и удрать»!! Тем более это касалось многочисленных иностранцев, «на ловлю счастья и чинов» прибившихся на русскую службу. Они очень опасались потери собственности, полученной в России и оставшейся в оккупированной Наполеоном Европе.

Перед открыто готовившимся вторжением Бонапарта русские войска в 1812 году оказались слишком близко к границе и слишком далеко друг от друга, чтобы в момент вторжения наполеоновских войск успеть соединиться и не быть отрезанными друг от друга в самом начале войны. Значительные внутренние контингенты оказались не отмобилизованы.

26 июня (8 июля) 1812 года Русская армия заняла Дрисский лагерь, но уже 1 (14) июля по приказу императора двинулась оттуда на восток. Эти шесть дней задержки отступления, по мнению ряда историков, могли оказаться роковыми, если бы не самоотверженность русских частей. Беннигсен считал оборону Смоленска бессмысленной, но по собственной инициативе Николай Раевский и подоспевшие к нему русские войска на значимое время задерживают Наполеона, дают возможность соединиться армиям Барклая и Багратиона. Александр под давлением общественного мнения ставит во главе русского войска Кутузова. «Властитель слабый и лукавый… нечаянно пригретый славой… плешивый щёголь», уже не надеясь прославиться и удаляясь от армии, перекладывает на седую голову полководца всю ответственность за принятие крайне не популярных решений. На решающую битву при Бородино и оставление Москвы.

Тяжелейшее решение Кутузова оставить Москву, не было спонтанным. Вспоминаются слова Суворова о Кутузове: «Умён, умён; хитёр, хитёр. Даже Рибасу его не перехитрить!» Когда Кутузова напрямую спрашивали: Что вы, дескать, взялись, а способны победить-то Бонапарта?! Отвечал скромно: «А обхитрить смогу!» И обхитрил! Да ещё как!

Приняв вступление в Москву за цель своего похода, Бонапарт упустил из вида главное — русскую армию, русский офицерский корпус, казачество! А армия, удручённая этой бедой, свалившейся на родную землю, но, не отчаиваясь, вышла из Москвы по Рязанской дороге, а затем, неожиданно свернув на Калужскую, расположилась 21 сентября лагерем у села Тарутино. Став угрозой с фланга войскам Наполеона, грабившим Москву, и прикрывая от них южные плодородные губернии. Он знал, что древняя столица «всосёт французскую армию как губка».

Вспомните про пожар Москвы, каких-то «поджигателей». И одновременно направляющиеся во Францию 200 фур (18 пудов золота, более 300 пудов серебра, старинное оружие, драгоценные иконы). Впереди армии на 2-3 перехода под охраной 500 егерей и 2 полков старой гвардии. Остальная часть награбленного движется вместе с армией. И «либеральное» предложение Наполеона вступить в мирные переговоры через Лористона, имевшего 23 сентября 1812 г. свидание с Кутузовым якобы из желания «положить предел несогласиям между двумя великими народами и положить его навсегда».

А. Аверьянов. Совет в Городне.

Рукопашный бой на русской батарее

Кутузов решительно отклонил предложения Наполеона и 6 октября нанёс поражение французским войскам при Тарутине. Масштаб мышления полководца Кутузова включал законы, по которым древние скифы уничтожили «несокрушимую» армаду Кира Великого. Наполеон, выигравший в Европе множество сражений, в России проиграл войну.

Событийный ряд, персоналии эпопеи битвы за Малоярославец заслуживают внимания. Сеславин принёс известие Дохтурову, а тот Кутузову о том, что основные силы французов уходят из Москвы в направлении Малоярославца. Дохтуров, взяв на себя ответственность и не дожидаясь распоряжений Кутузова, двинул свои части форсированным маршем к Малоярославцу. Получив донесение, Кутузов двинул главные силы из Тарутино в сторону Малоярославца, отправив вперёд на помощь Дохтурову казачьего атамана Платова.

К рассвету 12 сентября Дохтуров приблизился к Малоярославцу, уже занятому французами с вечера 11 сентября. Повторно взял город 19-й егерский полк во главе с Ермоловым, будущим «умирителем Кавказа». На помощь Дохтурову подошёл корпус Раевского, пятый раз взяв город. Наконец к Малоярославцу подошёл корпус Даву и сам Наполеон, вытеснившие Дохтурова и Раевского. В это время подошёл и Кутузов с главными силами, обошел город с юга и занял Калужскую дорогу.

Малоярославец, восемь (!) раз переходивший из рук в руки, в руинах, остался в руках противника, но армия Кутузова заняла настолько выгодную позицию на высотах южнее Малоярославца, что Наполеон не решился предпринять никаких действий. В ночь на 13 октября Наполеон созвал военный совет в деревне Городне. Маршалы его единодушно выразили мнение, что движение на Калугу невозможно. «Прибытие Кутузова на Калужскую дорогу совсем переменило положение дел», — сказал Наполеон.

Этот день тяжёлого раздумья Бонапарта, возможно, почувствовавшего ветерок с острова святой Елены, отразил художник Верещагин. 14 октября Бонапарт повернул свою армию на Смоленскую дорогу. Денис Давыдов: «Без сего великого дня не было бы ни Бородинского сражения, ни Тарутинской позиции, ни спасения России». По словам французского историка Сегюра, «бой при Малоярославце положил конец завоеванию вселенной».

Наполеон, признавая поражение своей армии в России, писал в 29-м бюллютене, составленном в Польше в замке Огинского: «Все наши колонны были окружены казаками, подобно аравитянами в пустынях — они охватывают обозы». Он также отмечал, что именно казаки уничтожили французскую конницу и артиллерию. Тогда же Наполеон изрёк фразу, ставшую впоследствии столь известной, из-за чего и сегодня английская королева на свой юбилей приглашает конников-казаков кремлёвского полка: «Дайте мне одних лишь казаков — и я покорю всю Европу». Вспомните Льва Толстого: «...Дубина народной войны поднялась со всей своей грозной и величественной силой, не спрашивая ничьих вкусов и правил... поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло всё нашествие».

А в чём причина такого удивительного невнимания официальных историков к деталям и персоналиям тех грандиозных по напряжению и самоотверженности боёв под Малоярославцем?

Командовал битвами при Тарутине и Малоярославце П.П. Коновницын, сменивший погибшего на Бородино Багратиона, памятный такими словами: «Никогда я не дам иностранцу звания генерала. Давайте им денег, сколько хотите, но не давайте почестей, потому что это наёмники». А теперь посмотрите на галерею героев войны 1812 года в Эрмитаже. Туча «героев», фамилии не выговоришь и не запомнишь! Правильно сказано: «Поле боя принадлежит мародёрам!» И слова кавалергарда полковника лейб-гвардии М.С. Лунина: «Всё великое в России происходит по недосмотру начальства!»

Имена героев этой титанической по напряжению битвы высвечивает извечную проблему «варягов» во власти и народа, поднимающегося самостийно и самоотверженно на защиту Родины. И, похоже, до сего дня!

Вспомните, как в 1992 году в Россию прибыли более 200 иностранных консультантов по приглашению ведомства Чубайса, который приказом № 141 по ГКИ назначил Джонатана Хея, гражданина США, кадрового сотрудника ЦРУ, начальником отдела иностранной технической помощи экспертизы и своим заместителем в экспертной комиссии… Так что уроки Малоярославца как раз и заключаются в том, что лучше всех собственный дом охраняет сам хозяин, а не наёмники.

Евгений АНДРЮЩЕНКО, профессор

Основное меню

Рубрикатор

Архив журнала